?

Log in

No account? Create an account

Кое-что о кое-чём

Безмятежное созерцание несоответствия вещей

Previous Entry Share Next Entry
Кое-что о русском Афоне в ХХ веке
anchoret
anchoret
Недоразумения и противоречия между греческими и славянскими (в первую очередь русскими) насельниками Афона существовали давно, если не всегда. Но никогда они не принимали такого оборота, как в ХХ веке, когда Афонский полуостров стал частью Греческого государства. Думаю, большинство из вас не имеет понятия об этом аспекте проблемы, хотя стоило бы. Я представил её очень сжато, сократив множество деталей и нюансов.

Отправной точкой нашей печальной истории мы будем считать 1913 год, когда по итогам Первой Балканской войны Афон был отторгнут от Османской империи и стал частью Греции. До этого момента все монахи из самых разных стран, проживавшие в «монашеской республике», каждый год платили султану подушную подать, но сохраняли прежнее подданство, т.е. русские монахи были подданными русского императора, сербские – сербского короля, румыны – румынского и т.д.
Из двадцати афонских монастырей только один был русским, но здесь это неважно: помимо монастырей монахи жили в скитах, келлиях и каливах (последние представляют собой обособленные монашеские хозяйства), а пара русских скитов по количеству насельников была сравнима с десятком греческих монастырей.
В 1912 году на Афоне проживало ок. 5000 русских насельников, то есть больше половины всех монахов Святой Горы. Из остальных иноков помимо 3900 греков там было 340 болгар, 288 румын, 120 сербов и 53 грузина, всего ок. 4700.
В конце 1912-го греческие войска пришли на Афон и сразу заняли русский Свято-Пантелеимонов монастырь. Правда, вскоре оставили его по требованию российского правительства. В это время на Афоне разгорелись ожесточённые споры по поводу т.н. «имяславия», и русская власть в лице Святейшего Синода и МИД России не придумала ничего лучше, как насильно вывезти с Афона в Россию и там расстричь 833 инока-имяславца. Ещё сколько-то монахов были принуждены уйти сами. Тогда все думали, что смогут быстро и легко восполнить количество русских афонитов. К слову, спор об Имени Божьем до сих пор остаётся открытым.
В 1914, однако, на Афоне ещё оставалось 4285 русских насельников: В Пантелеимоновском монастыре 2217, в Свято-Андреевском скиту 700, Свято-Ильинском скиту 412, в келлиях и каливах – 956. Из-за начавшейся Первой мировой войны турки закрыли проливы в Черное море и связь Афона с Россией практически прекратилась, поэтому на Афон перестали прибывать новые насельники. Одновременно с этим часть русских монахов была мобилизована в русскую императорскую армию в качестве полковых священников и санитаров. Это ещё сотни две-три человек.
Таким образом к 1917 году число русских сократилось до 3500, а греков увеличилось до 6900. Русские монастыри лишились банковских счетов и подворий в России, а также земельных владений (метохов) в Греции, прежде дававших средства к содержанию. Греческое правительство отобрало метохи, чтобы разместить на них беженцев из Малой Азии (Турция). Греческие монастыри за войну убытков не понесли. После революции русские монахи оказались полностью отрезаны от Родины, среди них начался голод. Греки под проценты ссудили деньги Андреевскому скиту и разрешили открыть свою пристань. Вскоре Ватопед отозвал своё разрешение и для выплаты процентов скиту пришлось распродавать имевшиеся стройматериалы. Большой пожар в Салониках взвинтил и без того высокие цены на продукты. В Пантелеимоне отпевали в среднем по одному монаху в неделю (ок. 50 в год). Чтобы купить еды, приходилось продавать утварь, облачения, иконы, хозяйственные принадлежности, суда и часть библиотеки.
В 1924 Лозаннский мирный договор гарантировал афонским монахам негреческого происхождения наряду с другими религиозными и национальными меньшинствами «полное равенство прав и прерогатив», отсутствие ограничений свободы употребления своего языка «в религии, печати, изданиях и собраниях», возможность пользоваться своим языком в судах устно и письменно, создавать и контролировать благотворительные, религиозные и социальные учреждения, школы и др.воспитательные учреждения со своим языком. На деле правительство Греции саботировало все эти статьи договора.
В том же 1924 Священным Кинотом была принята новая «Уставная хартия Святой Горы Афонской», нарушившая ряд древних правил. С этого момента все монашествующие на Афоне должны являться греческими подданными. Изъят раздел о гарантиях пополнения негреческих монастырей новыми монахами. На Афоне оставлялась только одна типография в ведении Кинота. Отсылать иноков на обучение за пределы Горы запрещалось, если те прежде не прошли церковную школу на Афоне. На содержание таковой школы монастыри облагались обязательным налогом. Все прежние уставы и типики, как и привилегии славянских обителей, были отменены. Власть настоятеля монастыря ограничена. Решение важных внутренних вопросов самоуправления монастырей передано в ведение Кинота. Официальным языком на Афоне стал только греческий. Русские святогорцы сопротивлялись введению у себя нового устава ещё полтора десятка лет.
В 1926 правительство Греции уточнило, что получить греческое подданство можно только после проживания в стране не менее 10 лет. Своим иностранным представителям оно дало негласное указание не пропускать на Афон никого, кто планирует там остаться и принять монашество.
В 1938 с Афона был запрещён вывоз церковной литературы и предметов, имевших только рыночную стоимость (т.е. новоизготовленных). Это ещё более подорвало экономику славянских монастырей, печатавших богослужебную и просветительскую литературу, изготавливавших иконы и утварь на продажу. Количество русских монахов сократилось до 700.
Всё это и последующее время русскому афонскому монашеству посильную помощь оказывали церкви Сербии и Болгарии, правительство Румынии, русские эмигрантские организации. Но не греки.
В 1941 Афон оккупировали гитлеровцы. Сами обители не пострадали, но голодное время наступило вновь. В особенно отчаянном положении оказались насельники келлий и калив числом до 250 человек. Помогло правительство Болгарии, некоторую помощь по изысканию продовольствия оказали даже оккупационные власти.
С 1945 г. русские афониты установили связь с Московской патриархией, в 1946 торжественно приняли у себя советского консула. После этого против них начались репрессии.
В 1946 на Афоне оставалось всего 472 русских инока: 215 в Св.-Пантелеимонском, около сотни в Андреевском и Ильинском скитах и чуть больше полутора сотен в келлиях и каливах. В подавляющем большинстве это были уже дряхлые старцы.
Из-за начавшейся травли иеросхимонах Софроний (Сахаров) (автор всемирно известной книги о старце Силуане Афонском) был вынужден перейти сначала из греческого монастыря в русский, а потом и вовсе покинуть Афон. Уже покинувший Афон монах (впоследствии епископ РПЦ) Василий (Кривошеин) по сфабрикованному делу вместе с несколькими другими славянскими монахами был заочно осуждён и приговорён к сроку в отместку за то, что прежде отстаивал права русского монашества. При этом греческие власти по-прежнему не пускали на Афон новых русских насельников и продолжали игнорировать обращения русских церковных властей (из СССР и эмиграции) так же, как это делал и Константинопольский патриарх. Греческие газеты писали, что русские святогорцы сами не пускают к себе новых монахов из СССР.
В 1958 пожар в Свято-Андреевском скиту бушевал 4 дня. Пять монахов, каждому за восемьдесят, были готовы броситься в огонь сами, чтобы отстоять уникальную библиотеку, но сделать ничего, конечно, не могли – они были немощны, а в монастыре вообще не было воды. Погибло свыше 20 тыс. книг и древних рукописей, утварь и облачение.
В 1959 Греция начала преследование русских иноков, получавших посылки от Московской Патриархии (это была единственно возможная форма помощи из СССР). К 1962 году на Афоне осталось 90 русских монахов, большинство на восьмом-девятом десятке лет, многие совершенно немощные. Это в пятьдесят раз меньше, чем полвека назад. Если это не геноцид, то что?
В 1963 Москве с трудом удалось послать на Афон хотя бы четырёх монахов. В 1960-х пожары продолжали опустошать русские обители: бороться с огнём в них было уже просто некому.
В 1971 закончилась русская история Андреевского скита: последний монах сдал ключи в Ватопед и ушёл умирать в Пантелеимон. Ватопедский монастырь объявил скит своей собственностью.
В 1970-е Свято-Пантелеимоновский монастырь пополнили полтора десятка монахов из России, так что в нач. 1980-х в Пантелеимоне проживало около тридцати монахов, в 1992-м к визиту на Афон патриарха Алексия II их число удалось увеличить до сорока.
В том же 1992 закончилась русская история Ильинского скита. За отказ от поминовения Вселенского патриарха «в связи с его прокатолической позицией и экуменической ересью» греческая полиция без суда и следствия выдворила с Афона его восемь последних монахов. Московская патриархия просила позволить заменить удалённых иноков новыми, но прошение было проигнорировано и в скит заселились греки из Пантократора. Если единичные русские насельники оставались где-то ещё, то они растворились в греческой среде и уже не могли быть носителями собственно русской традиции.
В последующие годы состояние русского монашества на Афоне постепенно улучшалось. Но греческое правительство и Кинот продолжают жёстко регулировать количество русских на Святой Горе. Например, они не позволяют иметь в Свято-Пантелеимоновском монастыре больше насельников, чем в ближайшем к нему Ксиропотаме (ок. пятидесяти человек), хотя Пантелеимон в любой момент готовы пополнить сотни, если не тысячи кандидатов из России и постсоветского пространства. Конечно, в данный момент в русских скитах и монастырях проживает больше народу, чем позволяют установленные ограничения, но надо понимать, что это происходит незаконно либо на грани нарушения закона и, в общем-то, полуподпольно.
Не, на Афоне есть хорошие дядьки, даром что греки (да вообще все люди просто замечательные, пока с ними делить нечего). Но если вы в целом продолжаете думать, что греки любят русских и рады им на Афоне, то есть повод задуматься: может, они рады русским деньгам и подаркам? Судя по истории вопроса, возвращения русских на Афон они боятся и желают меньше, чем прихода Антихриста.

Афон.JPG

Карта Афона в трапезной Свято-Пантелеимоновского монастыря.

  • 1
Весь Афон - это какой-то нелепый анахронизм, и разбирать кто там более прав уже неинтересно. Все исторические архивы и материальные ценности нужно описать и конфисковать, дальнейшие постриги запретить, и монастыри по мере их естественного освобождения музеефицировать.

Прям воинствующий безбожник как есть. «Постриги запретить» и «естественное освобождение» у вас каким образом сочетаются, интересно. Видимо, если вас дома запереть, то у вас возникнет естественное желание никуда не ходить.
Я знаю, что у вас в голове не всё на месте, совсем ни к чему мне об этом периодически напоминать.

то есть скопление просвещенных, духовных, статусных людей в особо священном месте всё равно ничем принципиально не отличается от коммуналки?

Там духовных-просвещенных-статусных не так много. Можно ходить по Афону неделями и не встретить ни одного.

Печальная статистика. Отец Стефан, а вы чувствуете себя монахом? Может, не нужны больше миру монахи с их подвигами? И почему современные русские монахи так стремятся на Афон?

Иногда не чувствую, иногда приходится, дело такое.
Насчёт того, что миру нужно, он обычно сам определяется. Существует запрос на святость, значит этот запрос будет так или иначе удовлетворяться.
«Современные русские монахи» очень разные и на Афон стремятся далеко не все. В основном романтика, конечно.

(Deleted comment)
Рассказывал приятель. Звонит он по телефону, мимо проходящая монашествующая особа (женс. полу) спрашивает: куда звонишь? -- На Афон. -- А! В Царствие Небесное...

Она знала, что на Афон ей не попасть, отсюда ассоциативный ряд.

Это знают все. Но не все способны тонко и иронично пошутить.

Да, мы знаем. Ещё меньше людей способны понять шутку или вообще разобраться, шутка ли это. Всё это признаки грядущего царства Антихриста и прочей энтропии, мы считаем.

Может быть, и не столь масштабно, но чувство юмора и сам юмор явно стали много хуже...

Возможно, следует пересмотреть свой круг общения. Исключить из меню камеди клабы всякие, и жизнь, глядишь, наладится!

Спасибо. О камеди клабе подумаю отдельно)) (сначала показалось, что от слова "камедь", недавно слушала небольшой ролик о ладане).

А можно определить, в чем ценность русской афонской традиции, в т. ч. в сравнении с греческой и вообще? Или тут вопрос только в политике и национальных интересах?

Вопрос, конечно, и в политике, и в национальных интересах. Тяжело найти человека, который был бы сначала христианином, а уже потом греком, русским или румыном. Если кому-то покажется, что знает такого человека, то с моей точки зрения он просто не знает его достаточно хорошо. Бывает нередко, что и сам человек знает себя недостаточно хорошо, что уж о других говорить.
Ценность частной традиции определяется её самобытностью и вкладом в общее развитие бизнеса монашеской традиции, обеспеченным этой самобытностью. Если честно, я не готов сходу назвать признаки этой ценности, потому что всё, что мне приходит в голову, либо как-то мелковато, либо говорит скорее о недостатках, нежели о ценности. На самом деле вы задали очень интересный вопрос, мне надо подумать над ним ещё.

Я в общем знал о такой политике греков в отношении русских на Афоне, но не представлял себе степени этого. У меня вопрос. Пишут (с), что сейчас Афон существует в большой степени на русские деньги. Пантелеимонов, понятно, получает непосредственные пожертвования. А насколько это верно в отношении греческих монастырей? Получает ли, скажем, Ватопед значительные пожертвования от русских, или только деньги от туров по России? Если русские деньги действительно важны для греческих монастырей, то как они могут сохранять враждебную политику в отношении русских монахов, если сохраняют?

Афонские греки получают довольно значительные пожертвования из России, но сейчас они уже не так критичны для их существования благодаря глобализации (т.е. возросшей доступности аттракциона для всех стран мира, возможностям заводить подворья и "метохи" хоть на других континентах) и субсидиям ЕС, ЮНЕСКО и т.п. Поэтому если бы такие пожертвования сейчас прекратились, то греки бы остались без печенек, но не без хлеба с маслом.
То есть да, в настоящее время в основном греки материально достаточно обеспечены (монастыри, потому что соответствующими правами обладают только они) и с этой точки зрения могут позволить себе какую угодно политику. В отличие от монастырей скиты и келлии не настолько в шоколаде и ещё могут быть склонны заискивать, но политику определяют не они.

Edited at 2018-10-29 09:42 pm (UTC)

Понятно, спасибо. А как изменилась ситуация для Пантелеимонова монастыря, в свете последних событий? Можно предположить, что поток денег из России для них если и уменьшится, то не критически. А вот откуда они будут брать новых русскоязычных монахов? Ведь кандидаты должны будут переходить из МП в КнпП, что теперь считается некузяво. А из подчинения КнпП монастырь вряд ли захочет выйти, т.к. иначе греки его прижмут как следует, и новых монахов точно не видать. В общем, по отношению к Пантелеимонову монастырю действия РПЦ выглядят как бомбежка Воронежа, на мой сторонний взгляд.

Ну все надеются, что это ненадолго. А так-то да, это проблема.

Греческие войска высадились в Дафни 2ноября 1912 года, а не в 13 году

Хорошо, виновные будут наказаны.

Спасибо за содержательную статью.

  • 1