Кое-что о кое-чём

Безмятежное созерцание несоответствия вещей

Previous Entry Share Next Entry
Вторая глава (не до конца)
rehit
anchoret
Ну и вот. Принял волевое решение и удалил с десктопа рабочие файлы по египетскому переводу. Когда-нибудь вернусь к переводу, наверное, но точно не в ближайшее время. О причинах, почему так, уже говорил в коментах к прежним записям. Со шрифтами не заморочился, как прежде, так что извиняйте: терминология и т.п. в оригинале выделена курсивом, подзаголовки болдом и т.п. Ну разобраться можно.

Глава 2. Жрецы

В некотором смысле о жрецах Древнего Египта нам известно очень многое. У нас есть имена и титулы тысяч жрецов, есть огромное количество биографий и автобиографий, рассказывающих об их обязанностях. И всё же в некоторых случаях нам не совсем ясно, чем отличался один тип жрецов от другого. Нам также мало известно о том, как готовили жрецов, и по-прежнему ведутся споры о таких аспектах жречества, как специальные знания, посвящение и мистицизм.

Хозяйственные записи говорят нам, что жречество составляло значительную часть египетского общества. Например, в погребении царя Нефериркара (V династия) было задействовано от двухсот пятидесяти до трёхсот служителей культа. Даже относительно небольшие храмы, вроде посвящённых Анубису в Фаюме и Анкиронполе (совр. Эль-Хиба), насчитывали от полусотни до восьми десятков жрецов. К сожалению, у нас нет аналогичных списков для главных храмов, вроде Карнакского, а в них соответствующее число жрецов должно было быть просто гигантским.

При том, что от династического периода сохранилось множество письменных упоминаний о жрецах, равно как и их статуй, мы практически не встречаем их в самих храмах. Вместо этого стены храмов покрыты бесчисленными сценами религиозных церемоний фараона (Рис.6), поскольку теоретически единственным предстоятелем перед богами был он. Однако из текстов ясно следует, что на самом деле в храмовых ритуалах было задействовано множество жрецов, выступавших от царского имени. Но только в греко-римский период мы встречаем изображения жрецов на стенах храмов. И даже в этом случае жрецы, изображённые участниками процессий вдоль лестниц, ведущих на крыши храмов Хатхор в Дендере или Хора в Эдфу (Рис.7), остаются безымянными. В династическую эпоху жрецы часто изображались на стенах частных гробниц, где они представлены как те же участники процессий, совершители храмовых или погребальных ритуалов для хозяина гробницы, или как сам погребённый, если при жизни он был жрецом. (Рис.8).

Рис.6. Рамсес IV, приносящий в жертву блюдо с пищей и четырёх связанных коров богу Хонсу. Подобные сцены являются одним из самых распространённых храмовых украшений, поскольку они выражают роль царя как главного связующего звена между людьми и богами. Храм Хонсу. XX династия. Фото автора.
6

Рис.7. Процессия безымянных жрецов, несущих ковчеги со святынями, изображенная на лестничной стене в храме Хатхор в Дендере. Греко-римский период. Фото автора.
7

Рис.8. Сцена из гробницы Хонса, где он изображён жрецом, воскуряющим фимиам и возливающим очистительную воду на священную лодку обожествлённого царя Тутмоса III. Ковчег с царской статуей прикрыт развевающимся покровом. Гробница Хонса в Фивах. XIX династия. Фото: C.F.Nims. Восточный Институт Чикагского Университета.
8
Вездесущность жрецов была характерной чертой египетского общества и экономики, так что лишь немногие люди в сохранившихся записях представлены без жреческого титула. В результате не всегда можно понять, чем жрец отличался от нежреца. В отличие от более позднего Западного мира, в Древнем Египте не было монашеских организаций (хотя Египет и послужил колыбелью христианского монашества в третьем веке н.э.). Древнеегипетские жрецы были полностью интегрированы в общественную жизнь. Они жили в селениях, женились, имели детей. Они даже не были обязаны оставаться жрецами всю свою жизнь. Можно провести аналогию с исламским имамом в небольшой деревушке, который часто отличался от соседей только специальными знаниями и служением в мечети. Правда, в отличие от имама, от египетского жреца никто не ожидал образцового религиозно мотивированного поведения. Один текст эпохи Птолемеев увещевает: «О брат и муж, жрец Птаха, непрестанно пей и ешь, пьянствуй и занимайся любовью, веселись и следуй зову сердца своего».

Предполагалось, что большинство жрецов уделяют служению богам только часть своего времени. Вне храма они всегда могли вернуться к своим профессиям, будь то государственная служба или торговля. Их возможность совмещать занятия чётко задокументирована в перечнях титулов, сохранившихся в биографических текстах. Например, Небнечеру (XXII династия) служил жрецом Амона в Карнаке, смотрителем над жрецами «всех богов», жрецом сем и жрецом Маат, и при этом был «Начальником всех работ на всех монументах». Онурис-мос (XIX династия) обладал титулами божественного отца, начальника пророков Шу, верховного жреца Онуриса так же, как и титулами царского писца и писца отборных войск царя. В одной семье в Дендере три поколения подряд носили титулы главы города и жреца Хатхор. Мужчины, носившие младшее жреческое звание уаб, «очищенный», также работали писцами в местном суде, медниками, ювелирами, садовниками и охранниками. Были и примеры сочетания жреческих должностей с воинским званием. Так Хори (XXII династия) был одновременно главным жрецом Амона-Ра в Карнаке и военным инспектором. Совмещение светской деятельности со священнослужением было давней традицией. Например, Хархуф (VI династия), помимо прочих своих должностей, был надзирающим за иностранцами, хранителем царской печати и священником-чтецом.

Как из-за недостатка строгого отношения к поведению жрецов, так и лишь частичной занятости на жреческих должностях, затруднительно как-то выделить жрецов. В большинстве случаев не приходится говорить о каком-то официальном посвящении или особых одеждах, позволявших отличить жреца от обычного человека. Только некоторые высшие жреческие степени предполагали торжественные церемонии при посвящении в них и отличительные одеяния. Когда Небвененеф (XIX династия) принял пост Верховного жреца Амона, его назначение было утверждено оракулом, и он получил перстни и скипетр, которые были призваны выделить его из числа прочих жрецов. Требуемая квалификация, по всей видимости, была основана на личном знании роли и особых обязанностей жреца, а в некоторых случаях и на грамотности. Но самым существенным признаком перехода от нежреческого состояния к жреческому было ритуальное очищение, требовавшееся перед входом в храм.

Типы жрецов и их обязанности

Иерархия жрецов имела много различных степеней, из которых каждая обладала своими особыми обязанностями, привилегиями и разными уровнями доступа к внутренним частям храма. Жрецы одних степеней должны были трудиться в храме, другие трудились исключительно в погребальных заведениях, а некоторые подвизались и тут, и там. Жрец мог служить нескольким божествам одновременно. Например, Харуа, служивший во времена XXV династии, имел титулы бальзамировщика-жреца Анубиса, жреца супруг всех богов, старшего над жрецами ка, и жреца Осириса. Жрецам помогали работники семдет, несвященные послушники, трудившиеся как крестьяне, моряки, кораблестроители или золотомойщики. Жрецы могли быть уволены со своей службы. Текст Древнего Царства говорит следующее: «Если же какой жрец … сотворит молитву без жертвоприношения, он лишится у меня своей службы». Ниже дано описание самых важных жреческих степеней.

Уаб

Большинство жрецов имело звание уаб, т.е. «очищенный». Это была начальная степень священства. Существовали обычные уабы, и «великие уабы» (уаб аа). В служении каждого рода было задействовано огромное число уабов. Многие жрецы других степеней начинали как уабы, постепенно прокладывая себе путь к более престижным званиям. У данной священной степени не было отличительного платья или стрижки. Служили они как в храмах, так и у гробниц. Что касается заупокойных служб, то уабы во время погребения несли приношения, а затем с известной периодичностью пополняли ими погребальную часовню.

Несение приношений было обязанностью уабов и в храмах, так что они часто перечисляются в списках персонала, участвующего в ежедневных богослужебных жертвоприношениях. Однако невысокая ритуальная чистота уабов ограничивала степень их доступа к внутренним помещениям храмов. В Карнаке им не дозволялось входить в Ахменну – храм Тутмоса III (см. План 1), в отличие от жрецов хем нечер, которым вход был позволен. Несмотря на ограниченность доступа у жрецов уабов, юридические тексты Нового Царства сообщают о павшем на уабов подозрении в хранении украденного из храма имущества. Документы подразумевают, что либо эти жрецы имели уровень доступа выше общепринятого для уабов (по крайней мере, к храмовым хранилищам), либо превысили свои права, либо получили украденное от жрецов, имевших больший доступ.

Однако низкий ранг уабов не мешал им в процессиях при вопрошании оракула нести священную ладью бога. А для связи храма с местным населением это был важный и тонкий момент, поскольку именно уабы воспринимали (и контролировали) движение ладьи, которое толковалось как одобрение или отвержение богом обращенного к нему прошения.

Хотя уабов было много, их звание считалось престижным. В записях эпохи Нового царства из храма Хнума на Элефантине описывается тайный сговор среди уабов, имевший целью изгнание из храма одного из коллег (который пренебрежительно именуется «сыном торговца») и принятие в своё число трёх новых членов, которые должны были быть утверждены оракулом (тем самым, который уабы контролировали).

Хем-ка

Хем-ка (буквально, «служители ка») (Рис.9) были жрецами низкого ранга, которые носили пищу и прочие приношения при исполнении заупокойных обрядов. Особого платья они не имели. На росписях гробниц их можно идентифицировать только благодаря совершаемым ими действиям и соответствующим надписаниям.

Рисунок 9. Два хем-ка (жреца ка), несущие приношения в храмы и гробницы. Единственный признак, отличающий их от лиц нежреческого звания, это то, чем они заняты на изображении и соответствующее иероглифическое надписание. Гробница Мерерука в Саккаре. VI династия. Восточный Институт Чикагского Университета.
9

Эти жрецы ка следили за тем, чтобы частные пожертвования обращались в приношения, ежедневно оставляемые в гробницах жертвователей. Записи, особенно конца Древнего Царства, указывают на юридические вопросы, с которыми имели дело жрецы ка, прежде всего, чтобы они не расходовали пожертвования одних людей на чужие им гробницы. Так что неудивительно, что благодаря своим обязанностям они оказывались вовлечены в семейные споры. Текст из гробницы Нианххнума и Хнумхотепа в Саккаре (V династия) содержит инструкции для служивших там жрецов ка:

Что касается тех [жрецов], что имеют дело c умилостивительными жертвоприношениями за нас и служат в некрополе нашим интересам: да не допустят они над собою никакой власти наших детей, жён и прочих людей.
Видимо, и среди самих жрецов существовали некоторые трения, потому что далее текст гласит:
Что касается любого жреца [ка], который предпримет действия против своих сослужителей, станет ли он пренебрегать своими обязанностями или составит документ для прекращения умилостивительных приношений за хозяев этого погребения: да будет вся его доля отнята у него и передана тем жрецам [ка], против которых он предпринял свои действия.


Звание жреца ка могло передаваться по семейной линии. Тексты особо оговаривают, что «им следует передавать детям свою долю [вместе] со жречеством ка».

Херихеб (чтец)

Отличием чтецов было их умение читать, и их основную обязанность составляло чтение вслух религиозных текстов как в храме, так и при совершении погребальных ритуалов. Чтец носил особую перевязь, спускавшуюся через грудь с плеча до бедра (Рис.10). В Древнем Царстве чтецы нередко бывали членами царской семьи, что делало их звание престижным, однако к временам Среднего Царства ценз для кандидатов на эту должность снизился до простой грамотности. А благодаря своей грамотности этот жреческий класс рассматривался в качестве хранителя особых знаний (называемых сешта, что часто переводится как «таинства»). Заклинание 15В из Книги Мёртвых указывает покойному совершить определённые действия «не позволив их видеть никому, кроме тех, кто ему действительно близок, и священника-чтеца».

Рис.10. Жрецы, совершающие ритуал «отверзания уст». Слева стоит жрец сем в леопардовой шкуре и чтец (херихеб) с перевязью на груди. Справа другой чтец, обращённый лицом к статуе Сети I, позади которой стоит другой сем, с перевязью и в простом набедреннике. Оба чтеца держат прямоугольные палитры для письма, символизирующие их грамотность. Гробница Сети I в Фивах. Фото автора.
10

Присутствие чтецов при погребении было важным, поскольку они должны были читать заклинания, которые после смерти вели душу покойного к превращению в ах (преображённый дух). В гробнице времён VI династии чтец назван тем, «кто исполнит обряды преображения для ах, в согласии с теми тайными писаниями, что известны жрецу херихебу». В сценах погребения чтец обычно изображается при гробе, часто с папирусом, который он будет читать.

Кроме того, чтецы играли важную роль в правлении Египтом. В текстах, касающихся коронации царей, говорится, что чтецом должен был возглашён преномен – имя фараона, которое он брал при восхождении на царство. Текст времени правления Хатшепсут (XVIII династия) гласит: «Они (чтецы) возвестили её Верхне-, и Нижне-египетские имена, ибо бог положил в их сердцах дать ей имена, отвечающие тем формам, которыми прежде наделил их бог». Чтецы также должны были объявлять результаты оракулов, то есть сообщать о движениях священной ладьи, которая под непосредственным руководством уабов указывала на благоволение или недовольство божества.

Божественный отец (ит нечер)

У жрецов, известных как «божественные отцы», не было отличительных одеяний. Упоминаются ит нечер как в связи с храмовыми, так и погребальными службами. Вместе с прочими жрецами они участвовали в приношении жертв душам умерших и ежедневных жертвоприношениях богам. В иерархии ит нечер были степени Первого, Второго и Третьего божественного отца, которые чаще всего связываются с культовым служением Мину, Амону и Птаху. Сам титул обычно встречается в деловых храмовых текстах Нового Царства (часто наряду с уабами и чтецами), хотя божественные отцы известны ещё со времён Древнего Царства, когда их звание связывалось с людьми, имевшими родственные отношения с царской семьёй – тестями или, реже, зятьями фараонов. Всё же, к концу XVIII династии титул стал означать лишь особый жреческий тип и уже не связывался с принадлежностью к царской семье.

В деловых текстах Нового Царства божественные отцы упоминаются в связи со снабжением храма провизией и другими припасами, а также контролем над храмовым имуществом. Так в одном папирусе они сообщают фараону, что кое-что из имущества храма оказалось украдено. Как минимум в отдельных случаях жрецы этого ранга бывали напрямую вовлечены в ежедневные службы жертвоприношений: в Карнаке есть упоминания об открытии ими «небесных врат» (т.е. святилища бога) и «божественного лика» , где оба действия являются важными частями церемонии жертвоприношения. Приносили они жертвы и статуям внутри храма. В автобиографии Небнечеру (XXII династия) божественные отцы призываются давать воду его статуе «каждый день, вечно».

Сем

Жреца сем можно узнать по надетой леопардовой шкуре и парику с характерной боковой косичкой (Рис.10). В папирусе Жумильяк, относящемуся к эпохе Птолемеев (ок. 300 г. до н.э.), предпринимается попытка объяснить значение леопардовой шкуры через миф, повествующий о злодеяниях Сетха. Как говорится в папирусе, Сетх напал на Осириса, и, пытаясь сбежать, превратился в леопарда. Но бог Анубис победил Сетха и выжег отметины на его шкуре , так что теперь облачение жреца напоминает о поражении Сетха.

Жрецы сем упоминаются с эпохи Раннего Царства, причём как в храмовом, так и погребальном контексте. Некоторые из них были предназначены для служения определённым богам; у нас есть ссылки на жрецов сем Анубиса и Хнума. Их звание могло сочетаться с другими жреческими титулами. Видимо, их положение считалось престижным, поскольку Хаэмуас, сын Рамсеса II, помещает титул жреца сем прежде титула «царского сына».

Сем старшинствовал при совершении погребального обряда отверзания уст, где он касался лица мумии специальными инструментами, чтобы возродить чувства покойного для загробной жизни. Тот же ритуал он проводил над статуями, вселяя в них дух человека, которого они изображали, и наделяя их дееспособностью в качестве заменителя того, чей образ они несли.

Деловые тексты храмов Нового Царства показывают, что сем был заметной фигурой, поскольку из них следует, что у каждого храма был только один жрец сем. Начиная с середины правления XVIII династии и до времени царствования Рамсеса II (XIX династия), сем выступал в качестве Верховного жреца (хем нечер тепи). Он надзирал над землями храмов, жрецами и мастеровыми. Согласно упоминаниям о бунте, поднятом работниками в правление Рамсеса III, именно жрец сем принял роковое решение о задержке выдачи положенного им хлеба. Сем служил также в суде, известном как «Большой кенбет (судебно-административный совет) Фив».

Иунмутеф

Жрец Иунмутеф надевал ту же леопардовую шкуру и имел на голове ту же косичку, что и сем. Само именование этого ранга погребального жреца буквально переводится как «столп своей матери», что может быть истолковано как опора богини неба, чьё тело образует небесный свод. Иунмутефы связаны как с частными, так и царскими погребальными культами.
Иунмутеф

Хем нечер

До недавних пор звание хем нечер, буквально означающее «слуга бога», переводилось как «пророк», однако сейчас этого перевода избегают из-за его иудео-христианских коннотаций и предпочитают более общее слово «жрец». Жрецы хем нечер имели доступ к внутренним дворам и помещениям храма и отвечали за принадлежности для ритуала ежедневных жертвоприношений. Эта функция наделяла их известной экономической властью, поскольку храмы потребляли огромное количество провизии и других материалов. Жрецы хем нечер были разделены по восходящим степеням от Четвёртого до Первого (Верховного) жреца. При том, что могло быть одновременно несколько Четвёртых и Третьих жрецов, всегда был только один Второй и один Первый хем нечер. Также известен один пример Первой жрицы Амона, ею была Нитокрис (XXVI династия). Известный со времён Древнего Царства, Верховный жрец обычно являлся местным правителем, что показывает экономическую власть его должности. Некоторые Верховные жрецы имели особые титулы, обозначавшие их служение определённым богам. Верховный жрец, служивший покровителю мастеровых Птаху, назывался «великим начальником всех ремесленников» и носил украшенное звёздами облачение.

Низшие степени хем нечер отвечали за происходящее внутри храмовых святилищ. Джед-хонсу-иуф-анх, который был Четвёртым жрецом Амона, писал о себе, что он отвечал за облачение божественной статуи и уготовление часовни, а также являлся старшим из тех, кто несёт пред богом фимиам. А Небнечеру (XXII династия), хем нечер Амона в Карнаке, писал, что он отвечает за открытие врат священного ковчега, «так что созерцал я его (бога) образ в обители света».

В эпоху Нового Царства и Третьего переходного периода Верховный жрец Амона был среди самых могущественных людей страны и часто соперничал с фараоном, поскольку имел под своим началом обширные владения бога Амона по всей земле. Он управлял огромными земледельческими и скотоводческими хозяйствами храмов, надзирал над несвященным персоналом (семдет), производившим продукцию, которая составляла экономический фундамент храмов Амона. Когда Рамсес II поставил Небвененефа Верховным жрецом, он так описал полномочия своего назначенца: «Я подчинил ему (Небвененефу) весь судебный состав, военачальника, … жрецов (хем нечер) и сановников дома [Амона]». Верховный жрец должен был быть «главой объединённой палаты серебра и золота, главой объединенной житницы, начальником работ, начальником всей торговли в Фивах … дом Амона был передан ему так же, как всё его имущество и его люди». Политическая власть данного поста, даже не касаясь командования военными, видна из того факта, что в 663 году до н.э. Фивы управлялись и были сданы ассирийцам лишь Четвёртым жрецом Амона, Монтуэмхетом. Многие жрецы хем нечер различных степеней оказывались в состоянии скапливать огромные личные состояния, что видно по их богато украшенным гробницам в западных Фивах.

Верховный жрец храма избирался фараоном. Хотя обычно избранник происходил из жреческой иерархии определённого института, в некоторых случаях он появлялся со стороны. Например, Небвененеф (XIX династия) был назначен Верховным жрецом Амона после того, как побывал Верховным жрецом Онуриса в Дендере. Сделанный царём выбор был подтверждён оракулом, возможно, как знак признания назначенца его коллегами. Другой Верховный жрец Амона, Бакенхонсу (XIX династия), поведал в своей автобиографии, что начал он с низкой степени жреца уаб, а через четыре года был назначен «божественным отцом». Спустя двенадцать лет он стал Третьим жрецом, а затем, спустя ещё пятнадцать лет, Вторым жрецом Амона. Наконец, ещё через двенадцать лет он достиг степени Верховного жреца и занял этот пост на двадцать семь лет. Умер он, когда его карьера почти достигла семидесятилетнего рубежа. У других жрецов карьера складывалась не так скоро. Амонемхет, живший в правление Аменхотепа II или Тутмоса IV (XVIII династия), более пятидесяти лет прослужил на низкой степени уаб, прежде чем стал «божественным отцом». В конце концов, ещё через несколько лет он был назначен Верховным жрецом Амона.

Жрицы

Хотя равенство полов в Древнем Египте хорошо известно, в храмовом истеблишменте роль женщин не была столь же заметна, как роль мужчин. Обычно своё более высокое положение женщины занимали в религиозной иерархии во времена Древнего Царства, когда существовали жрицы хем нечер (известные как хемет нечер), которые служили богиням Хатхор и Нейт. В Среднее Царство некоторые женщины служили в качестве хемет нечер и уабет (женская форма от уаб) богам Амону, Птаху и Мину. Женские жреческие иерархии были устроены по подобию мужских. Яхмес Нефертари, супруга царя Яхмеса (нач. XVIII династии) приняла титул Второго жреца. Подобного не случалось до XXVI династии, когда на другую женщину, Нитокрис, был возложен титул Верховного жреца Амона.

В эпоху Нового Царства и Третьего переходного периода жреческая роль женщин понизилась. В это время женщины были почти исключительно певицами (шемаит или хесит) священных хоров, сопровождавших жрецов в процессиях вокруг храма и внутри него, где представительницы более высоких рангов следовали за жрецами до территории, прилегающей непосредственно к святилищу. На цветной иллюстрации 3 показана женщина, держащая в руках систр – погремушку, чей звон ассоциировался с Хатхор, и менат – состоящее из бусин ожерелье с замысловатым противовесом в форме ключа, которое издавало звук при встряхивании. Женщины носили звание «певицы храма Амона» или более престижное звание «певицы внутреннего [храма] Амона». Они находились под надзором «смотрителя певиц» – мужчины или женщины. Другие женщины были певицами Осириса или танцовщицами «Первого среди Западных» (т.е. Осириса) или Мина. Количество женских духовных званий очевидным образом пошло на убыль в Третий переходный период, от которого сохранилось много памятников, заказанных женщинами, или, по крайней мере, упоминавших женщин. Так из сорока девяти стел того времени только одиннадцать сообщают о женщинах в жреческом достоинстве, большинство же из названных особ не имеют никакого звания или упоминаются просто как «хозяйки дома».

Цв.рис.3. Певица храма Амона Мери с менатом (ожерельем из бусин) и систром (погремушкой), которые производили звуки, призванные ублажить богов. Певицы с этими ритуальными инструментами аккомпанировали жрецам во время принесения жертв. Гробница Сеннефера в Фивах. XVIII династия. Фото: C.F.Nims. Восточный институт Чикагского университета.
т.3

Первые примеры использования титула Супруги бога (тоже хемет нечер, но это слово отличается от обозначающего жреческий титул), усвоенного жрице Амона в Третий переходный период, относятся к эпохе Среднего Царства. Более постоянным титул становится в начале Нового Царства, когда его принимают царицы и другие женщины из царской семьи. В этот ранний период он мог скорее относиться к порядку наследования жреческой должности, чем к неким священным функциям, но к Третьему переходному периоду сама должность обрела новое значение, и под началом Супруги бога оказались владения Амона в Фивах. И в эту эпоху Супруга бога становится невероятно богатой и влиятельной. Отчасти её культовая роль полагалась в том, чтобы услаждать Амона и привлекать его благоволение, реализуя идею обновления и возрождения (Рис.11).

Рис.11. Супруга бога Аменирдис, обнимающая Амона. Часовня Осириса-Уннефера в Карнаке. XXV династия. Фото автора.
11

Хотя споры и ведутся, но у нас нет прямых свидетельств, позволяющих говорить о безбрачии жриц любого ранга. Во многих генеалогиях упоминаются матери, обладающие религиозными титулами, и нет причин предполагать, что даже Супруги бога Третьего переходного периода были не замужем.

Как становились жрецами

Как можно было стать жрецом в Древнем Египте? О подготовке будущих жрецов нам известно немногое, но кое-что мы знаем о том, как происходило их назначение. Из автобиографических текстов известно, что жрецы высших рангов лично избирались царём. Например, Небуауи был назначен Тутмосом III, а Небвененеф – Рамсесом II. Разумеется, во внимание часто принимались происхождение и социальный статус. Тутанхамон заявлял, что он поставил жрецов «избранных из сынов местной знати и из детей хорошо известных людей». Очень часто жрец наследовал должность своего отца или, по крайней мере, считался подходящим для неё в силу семейного знакомства с присущими ей обязанностями. Рамсес II обещал Небвененефу, что «храм Хатхор, царицы Дендеры, перейдёт в руки твоего сына, как и обязанности твоего отца, и положение, которое ты занимаешь». Фараон Псамметих (XXVI династия) наградил Петеисе титулом жреца «во всех храмах, где служил его отец», а Небнечеру (XXII династия) заявлял, что «видел я сыновей своих великими жрецами; сын за сыном, произошедшие от меня». Семья Уененнефера владела титулом Верховного жреца Осириса в Абидосе на протяжении всей XIX династии. Один из самых значительных рекордов такого рода, который нам известен, запечатлен в надписи на статуе жреца Хатхор по имени Баса (XXII-XXIII династии). Там сказано, что из двадцати шести поколений его семьи большинство было жрецами Хатхор в Дендере (Рис.12).

Рис.12. Баса, жрец Хатхор. На статуе выгравирована генеалогия двадцати шести поколений его семьи. Большинство упомянутых мужчин были жрецами Хатхор в Дендере. Дендера. XXII-XXIII династии. Фото Jean Grant. Восточный Институт Чикагского Университета
12

Передача жреческих титулов по наследству от отцов к детям была так распространена, что составители генеалогий даже употребляли для них принятое сокращение mi nw (знак повтора). В Персидский период (IV в. до н.э.) традиционность такого наследования дала возможность Сомтутефнахту заявить, что: «Он (персидский царь) дал мне пост Верховного жреца Сехмет на смену брата моей матери». Геродот же (II:37) писал просто: «Место умершего жреца занимает его сын».

Раз уж человек становился обладателем жреческого титула, он мог быть повышен до других степеней. Иногда это происходило по старшинству или по царскому назначению. Карьерный рост мог быть очень медленным. Как уже упоминалось, Небвененеф (XIX династия) говорил о сорокалетнем сроке, который ему понадобился для достижения высшей должности Верховного жреца Амона.

Существование в династический период официального ритуала посвящения в жрецы остаётся спорным вопросом. Наша неуверенность в предмете продиктована недостатком сведений о том, как готовили жрецов, если здесь вообще существовала какая-то их официальная подготовка. Лишь в очень поздний период (II в. н.э.) встречается упоминание об экзамене по религиозной тематике, который жрецы должны были сдавать перед принятием своей должности (папирус из Тебтюниса II.291). Ссылки на «мистерии» (сешта) и «тайные» писания можно обнаружить в погребальных и непогребальных текстах в течение всего династического периода. В гробнице Хентика (VI династия) в Гизе находится интересный текст, который
Tags:

  • 1
3-й абз "изображающими за проведением "

  • 1
?

Log in

No account? Create an account